«Раб окупается за неделю». Как устроены невольничьи рынки в России

Новости Севастополя и России » Новости и аналитика » Лицом к народу » «Раб окупается за неделю». Как устроены невольничьи рынки в России
19.10.2018
0
1 334
Ежегодно международные правозащитные организации выпускают Глобальный индекс рабства, в котором Россия традиционно входит в первую десятку стран. По данным активистов российского движения «Альтернатива», которые занимаются освобождением людей, на невольничьих рынках России не меньше ста двадцати тысяч человек. О том, как они попадают в рабство и как их из него вызволяют, — в материале РИА Новости

 

Без цепей и кандалов

По последним данным Walk Free Foundation, в мире свыше сорока пяти миллионов человек находятся в той или иной форме рабства. Это различные виды принудительного труда и проституции, торговли органами, а также любые взаимоотношения, нарушающие принцип равенства и права человека на достоинство и свободу.

В России, по информации фонда, насчитывают больше миллиона рабов в России, по этому показателю она занимает на седьмое место в мире. Олег Мельников, лидер общественного движения «Альтернатива», которому удалось освободить почти полтысячи невольников в России и за рубежом, считает эту цифру завышенной. По его словам, счет рабов на отечественном «рынке» идет на сотни тысяч, но до миллиона эта цифра явно не дотягивает.

Освобождением рабов Мельников занялся в 2011 году. Тогда его знакомый рассказал, что его родственника насильно удерживают в Дагестане на кирпичном заводе. Тот сначала не поверил, но поехал искать пленника: его нашли с шестью другими рабами — мужчинами и женщинами. Случай так поразил активиста, что он решил создать добровольческое движение. Сейчас это около десяти волонтеров по всей России — и по сути, это все силы, которые занимаются систематической борьбой с рабовладением в стране.

«Современные рабы — это не цепи и кандалы. Мы называем рабом каждого человека, у которого забрали документы, и который не может добровольно покинуть место работы. Но доказательной базы и правоприменительной практики в России пока нет. Крайне редко заводят дело по статье о «незаконном лишении свободы» с подпунктами 127.1 и 127.2, которые запрещают торговлю людьми и рабство. На практике, полиция по-прежнему берётся только за такие дела, когда человек был буквально прикован».

По статистике Мельникова, в России около 40% невольников эксплуатирует нищенская мафия, столько же приходится на нелегальные заводы и фабрики, и около 20% — на сексуальную индустрию в самой стране и за ее пределами.

Сейчас в очереди на спасение у активистов полсотни рабов. В среднем, за месяц удается освободить десять человек. Полиция помогает исключительно в плане добровольного сотрудничества. «Содействие нам оказывают редко из-за бюрократии. Чаще обращаются к нам: силовые структуры не всегда доверяют своим коллегам из регионов», — говорит Мельников.

 

Последний звонок из Дагестана

В январе 2014 года 36-летний Сергей Гайдаш из Белоруссии решил помочь своей тяжелобольной матери, которая слегла с болезнью. У него самого была инвалидность, но мужчина отправился в Москву, чтобы заработать денег на лекарства матери. Гайдаш был готов устроиться и дворником, и мойщиком — хотя бы за 15 тысяч рублей, но его нигде не принимали. Наконец, на вокзале к нему подошел мужчина и предложил работу на сочинской олимпиаде с бесплатным проживанием и зарплатой в 35 тысяч рублей. Гайдаш не успел ответить — чай, которым его угостил незнакомец, оказался с клофелином.

Полгода инвалид провел не на олимпийской стройке, а в трудовом рабстве на кирпичном заводе недалеко от Махачкалы. Когда активисты «Альтернативы» освободили его и восемь других невольников, Гайдаш попросил позвонить матери. Трубку взяла его тетя. Она ответила, что мать очень ждала сына, но три месяца назад умерла.

 

Пастух выгоняет отару овец на пастбище

Случай с Гайдашем, скорее, исключение, чем правило, замечает Мельников. Вербовщикам нужны здоровые люди, они не обращают внимания на бездомных и больных по простой причине — те не смогут долго работать. В трудовое рабство попадают, в основном, крепкие деревенские мужчины, которые приезжают из регионов в столицу и не представляют, как устроены трудовые отношения. За них некому постоять, они легко верят в сказку о золотых горах и не знают своих прав. Таких малограмотных — большая часть России, считает активист. 

Самое распространенное место «вербовки» — «Площадь трех вокзалов». Вербовщики наблюдают за людьми в течение двух-трех дней, и, видя, что кто-то остается с сумками и никуда не уходит, предлагают выпить или поесть. Затем рассказывают о работе «с видом на море, бесплатным проживанием и зарплатой от тридцати тысяч рублей». В напитке оказывается клофелин, и человека без сознания провозят на юг страны через федеральные посты на заднем сидении автомобиля, закидав сумками.

Работа вербовщика и доставка раба обходится криминальным бизнесменам в двадцать тысяч рублей.

Тридцатипятилетний житель Владивостока Владимир Мухотин вспоминает, что согласился на работу «у моря» сам: «Любой бы хотел не с пустыми руками вернуться домой».

Его отвезли на кирпичный завод в Каспийск. «Хозяин» Саид отнял документы, телефоны, заставил работать без выходных. Кормили один раз: водой из-под крана «с кусочком лука или картошки», стаканов не было — пили из «стекляшек», найденных на помойке. Спаивали техническим спиртом — до цирроза. Тех, кто протестовал, Саид грозился отправить на карьер или в горы пасти стада — это означало, что рабов уже никто и никогда не найдет. «Москве я больше не верю. Лучше у нас на земле», — подытожил свой рассказ спасенный трудовой раб, «завербованный» у Казанского вокзала.

 

Казанский вокзал в Москве

Вопреки всеобщим представлениям, кирпичный завод на Кавказе — это обычное чистое поле с выработкой глины, без колючей проволоки и забора. Как правило, возле федеральной трассы или в большом населенном пункте — близ Махачкалы, Каспийска, Хасавюрта, Избербаша и Дербента. Именно там проходят газовые трубы, откуда нелегально качают топливо для обжига глины.

«Местные не хотят идти на это производство: потом легкие выплевывают. Никто не борется с рабовладением, потому что все что-то имеют с нелегального бизнеса: участковые, газовые службы, исполнительная власть», — рассказывает Мельников.

По его словам, выгода от рабовладения идет на десятки миллионов: владелец завода не тратит деньги на зарплатный фонд, налоги, страховые и пенсионные выплаты. Раб окупается за неделю. Поэтому борьба активистов с «кирпичными мафиози» безрезультатна: никакого экономического ущерба изъятием нескольких рабов им не наносится — они тут же ввозят следующих.

Уголовных дел не заводят: если освобожденный написал в полицию, в течение двух месяцев, пока идут доследственные проверки, он должен находиться там, где подал заявление. Люди предпочитают уезжать домой.

 

Люди в автобусе

Украинские калеки, «слепые» бабушки и Мадонны

География рабства современной России не ограничивается югом страны. В крупных региональных центрах — Москве, Санкт-Петербурге, Оренбурге, Екатеринбурге и Нижнем Новгороде — процветает нищенская мафия. Большая часть преступного бизнеса принадлежит молдаванским и астраханским цыганам.

Только в столице обороты нищенской мафии составляют десятки миллионов рублей. Единственный период, когда черный рынок был в упадке, пришелся на кризис 2008 года. Сейчас криминальный бизнес 90-х переживает своеобразный ренессанс: попрошаек не меньше, чем двадцать лет назад, говорит Мельников.

В конце января на работу в Москву приехал колясочник Вячеслав Котлов из Сысерти Свердловской области. Знакомый Алексей предложил ему стабильную «сидячую работу», а по приезду инвалида — отобрал документы и отправил попрошайничать в метро. «В вагонах я собирал 5500 рублей бумажными купюрами и больше тысячи — мелочью. За мной стояли надзиратели», — рассказал Котлов. Спустя несколько дней такой работы ему удалось «свинтить» от надсмотрщиков и рассказать о похищении полицейским, которые и вернули ему документы и отправили домой.

Вербовщики активно ищут не только людей жалостливого вида, но и социально незащищенных лиц, за которых некому постоять: пожилых, инвалидов, сирот, оставшихся без попечения.

Почти половина просящих милостыню в России — это рабы. «Стоимость» старушки или колясочника — порядка пятидесяти тысяч рублей, ребенка — от шестидесяти до ста тысяч (средняя продолжительность жизни младенцев — три месяца).

Сирота из Кривого Рога Игорь Галанюк в рабстве пробыл год. В феврале 2016 года соотечественники — семейная пара украинцев — позвали его работать грузчиком в Москву. По прибытии в квартиру в Балашихе у Галанюка отобрали паспорт и отправили побираться: «Алексей присматривал за мной и каждый час забирал деньги. Если я приносил меньше десяти тысяч рублей в день, избивал. Звонить домой мне не давали. Сказали, что, если я не заработаю определенную сумму, Алексей „выбьет все кишки“». Так продолжалось до тех пор, пока юношу не заметили журналисты. Поработивших его украинцев активисты заметили в том же поезде на Украину, куда они отправляли Галанюка.

80% рабов нищенской мафии в России — это граждане Украины, причем 90% из них — жители Одесской области. Это связано с приближенностью к молдавской границе, откуда местные цыгане под разными предлогами крадут людей. В чужой стране их психологически ломают: насилуют, заставляют спиваться, пугают мифическими связями с правоохранительными органами.

Попрошайки окупаются быстро: за день они приносят до пятнадцати тысяч рублей. Выручка зависит от продуманности подхода. Так, бабушке с зашитыми глазами около храма Святой Матроны подавали до пятидесяти тысяч рублей в день, вспоминает Мельников.

Сотрудники правоохранительных органов проводят профилактическую работу с цыганским семейством.

 

«Окно» в посольстве, сексуальная Мекка и цена времени

Цены на рабов в сексуальной индустрии чуть выше, чем в нищенской мафии. В России за девушку платят от восьмидесяти до ста пятидесяти тысяч. Продажа заграницу дороже: порядка пяти тысяч долларов. В основном, рабов держат в незнакомой стране, говорит Мельников. В Россию для занятий проституцией чаще всего ввозят девушек из Украины и Африки.

Своеобразной сексуальной Меккой в России является, как ни странно, Северная Осетия. Это самый крупный регион секс-торговли, говорит Мельников: «Осетия — спокойный регион, но, в связи с тем, что в соседних Ингушетии, Чечне и Кабардино-Балкарии не принято содержать бордели, туда приезжают гости со всего Кавказа».

Россиянок же отправляют в Турцию, Грецию, Египет и Северный Кипр — просьбы о спасении из непризнанного государства поступают все чаще. Главный канал поставки сексуальных рабынь — модельные агентства. Девушкам обещают карьеру за границей.

Порой вывозят насильно. Чтобы пройти контроль в аэропорте, часто используют поддельные паспорта. Также у работорговцев есть еще один почти легальный способ: в одном из посольств можно купить «свидетельство о возвращении на родину», которое обычно выдают только настоящим гражданам страны. Закрыть это «окно возможностей» непросто.

Вызволять рабынь из-за границы дороже всего. Во-первых, нужно провести разведку: в каком из борделей или массажных салонов удерживается девушка. Во-вторых, подготовить место для нее до переезда — в гостинице из-за проблем с документами ее держать нельзя. Все это участники «Альтернативы» делают за свой счет. К тому же, часто оказывается так, что в рабстве находится не один человек, а больше.

«Если это Северный Кипр, нам приходится нарушать законы непризнанного государства. На его территории нет нашего посольства, поэтому помочь девушкам некому», — рассказывает Олег Мельников. На данный момент только с Северного Кипра удалось вывезти девять наложниц.

Полиция и в России, и за рубежом неохотно берется за такие случаи: потерпевшую сторону не допросить. На заведение дела могут уйти месяцы. Эту проблему усугубляет растущая вера населения в экстрасенсорную силу. Родственники пропавших чаще обращаются к участникам «Битвы экстрасенсов», сетует Мельников. Все это приводит к тому, что цена времени оказывается слишком высока.

«Нам приходится жить с выбором. У нас были трудовые рабы-мигранты и девушки в сексуальном рабстве — не только из России, но и Украины и Белоруссии. Мужчины говорили, что их угрожают убить, поэтому решили вызволить сначала их. Через неделю, когда мы собрали деньги и дошли до освобождения девушек на Кипре, спасти удалось не всех. Две из них покончили жизнь самоубийством».

 

Красные колготки

«Неубиваемое» рабовладение в Гольяново

История рабовладения в районе Гольяново на востоке Москвы, пожалуй, одна из самых нетипичных для России. Она началась еще в прошлом веке: в 1997 году в поле зрения правоохранительных органов попала предпринимательница из Казахстана Шолпан Истанбекова. Столичным милиционерам стало известно о том, что в подвалах ее магазинов на улицах Декабристов, Уральской и Новосибирской в рабских условиях живут несовершеннолетние приезжие из Средней Азии. Истанбекова заставляла их работать с шести утра до полуночи, спать на полу и заниматься незащищенным сексом друг с другом, кормила просроченными продуктами и не разрешала выходить на улицу.

Одной из девушек удалось сбежать в 1998-м. Ее шрамы и раны на теле свидетельствовали об истязании, писали журналисты, но дело не возбудили «из-за связей» предпринимательницы. В конце 2000 года милиция вновь проявила интерес к продуктовому магазину: в подсобке нашли труп девочки с ножом в сердце. Вину на себя взяла одна из рабынь. В 2002-м в Центр для несовершеннолетних попала очередная девушка из гольяновского магазина. На ее голове было около десятка ран, руки — изрыты шрамами, грудь — исколота, сообщали СМИ.

Расследование вели сотрудники Бутырской межрайонной прокуратуры и Московского уголовного розыска. Им удалось доказать вину Шолпан Истамбековой. Но за неимением статьи об использовании рабского труда (она появилась в 2003 году), владелице магазина предъявили обвинение в истязании несовершеннолетних. Спустя два с половиной года заключения она вышла по амнистии.

Тем временем, клан Истанбековых не терял влияния в московском районе — продуктовые магазины продолжали держать сестры Шолпан. Как отмечается в жалобе «гольяновских рабов» в Страсбургский суд, в 2008 году жители района жаловались в управу на различные нарушения в магазине, но чиновники, проведя проверки, отмечали, что информация не подтвердилась.

 

Тумар Касимова (в центре)

Скандал разразился в 2012-м. Активисты вызволили 11 человек из подвала магазина на Новосибирской улице. Таких же невольных рабочих обнаружили в других магазинах на соседних улицах. Все торговые точки принадлежали одной семье: одним магазином владела Жансулу Истанбекова, остальными — ее сестра и зять.

Выяснилось, что рабыни из Узбекистана и Казахстана прожили в магазинах Истанбековых от пяти до десяти лет. Все это время их вынуждали бесплатно трудиться в течение почти 21 часа каждый день под угрозой насилия. Покидать подсобные помещения работницам не разрешалось. В результате сексуального насилия девушки беременели. Одной из них насильно сделали аборт на позднем сроке, другие рожали в изоляции. Дети подверглись жестокому обращению и «исчезали».

На заседании Общественной палаты РФ и Совета по правам человека при президенте России под председательством Анатолия Кучерены заместитель начальника Управления собственной безопасности столичного ГУ МВД РФ Андрей Севрюгин отказал в возбуждении дела, ссылаясь на то, что данные активистов не нашли подтверждения в ходе проверок.

«С тех пор этот продуктовый получил у нас прозвище «неубиваемый». В декабре 2015 года он был уличён журналистами в продаже алкоголя в ночное время, но это тоже не сказалось на его дальнейшей работе», — вспоминает Олег Мельников.

В конце 2016 года очередным громким случаем стал побег из магазина на Новосибирской улице еще одной рабыни — 20-летней Несибели Ибрагимовой, уроженки Казахстана. Она приехала в Москву в мае вслед за мужем по предложению свекрови подработать до Нового года продавцом за 30 тысяч рублей с бесплатным проживанием. Кров действительно оказался бесплатным — как и работа девушки.

«Документы, вещи, телефон сразу забрали — сказали, потеряю. Днем кормили водой и старым замороженным хлебом, ночью заставляли пить водку — так, что имя свое забывали. В подсобке жил маленький ребенок пяти лет. Его били. Говорили, что он «остаток шлюхи». Общаться с людьми и выходить было нельзя — всюду камеры», — рассказала Ибрагимова.

Скандалы в Гольяново стали настолько громкими, что в Татарстане по специально написанной пьесе поставили спектакль «Кибет». По сюжету пьесы, казашка Зияш, владелица дешевого продуктового магазина в Москве, наживается на рабском труде своих соотечественниц, чтобы искупить все свои грехи, построив мечеть на родине.

 

Палаточный лагерь для нелегальных мигрантов в Москве

Пока же прототип театральной героини на родину не вернулась. Она закрыла магазин на Новосибирской, дом 11, и открыла на Новосибирской, дом 1. К ответственности Истанбековых привлечь не удалось, несмотря на все доказательства насилия над «гольяновскими рабами», говорит Олег Мельников.
«Уполномоченный по правам человека в Казахстане обратился за помощью к коллеге Москальковой. Но они настолько наглые, что им плевать. Местные сотрудники полиции их не замечают, а весь шум — как с гуся вода. Они продолжают держать рабов в магазинах. Раз в два месяца появляется информация, что от них кто-то убежал, но ничего не происходит».

Пять месяцев назад полиция Красногорска завела уголовное дело на движение «Альтернатива» по статье 322.1 УК РФ за организацию незаконной миграции: за содержание приюта, в котором временно находились вызволенные из плена гастарбайтеры, — на государственном уровне таких учреждений не предусмотрено.

Пока Мельников не прекращает работу, но говорит, что в случае с «гольяновскими рабовладельцами» бессилен: «Закрыть магазин легальными способами не получится. Скорее, прекратим свое существование мы».

 

Куда можно обратиться, если вы подозреваете использование рабского труда 

В Москве:

Управление собственной безопасности ГУ МВД по Москве — 8499 255 9657

Управление по делам несовершеннолетних УВД на метрополитене Москве (если вовлечены дети) — 8 495 621 93 50; 8 495 625 37 31 

По России:

Движение «Альтернатива» — 8 965 345 51 61  Комитет «Гражданское содействие» — 8 968 918 98 65 

Центр помощи пережившим сексуальное насилие «Сестры» — 8 499 901 02 01 

comments powered by HyperComments Рамблер
Подписывайтесь на нас в Telegram
Мы в Telegram
Поделиться в социальных сетях
Популярные новости